Стих о любимой девушке

Признание в любви Я тебе ничего не скажу, Я тебя не встревожу ничуть, И о том, что, я молча твержу, Не решусь ни за что намекнуть. Целый день спят ночные цветы, Но лишь солнце за рощу зайдет, Раскрываются тихо листы, И я слышу, как сердце цветет. И в больную усталую грудь Веет влагой ночной. Я тебя не встревожу ничуть, Я тебе ничего не скажу. Лечу к тебе то звёздным светом, то тихо падаю дождём. То словно тень, шагаю рядом, то вспыхну искоркой в росе. То вдруг осыплю листопадом, то стану горечью в слезе. То сквозняком задую свечи и струйкой дыма улечу. То опущусь платком на плечи и рядом просто помолчу. И как сказать тебе не знаю, что я люблю тебя давно и лунным светом обнимаю через открытое окно. Не кричи нежных слов, не кричи, До поры подержи их в неволе, — Пусть кричат пароходы в ночи, Ну а ты промолчи, промолчи, — Поспешишь — ищи ветра в поле. Она читает грустные романы, — Ну пусть сравнит, и ты доверься ей, — Ведь появились черные тюльпаны — Чтобы казались белые белей. Не кричи нежных слов, не кричи, До поры подержи их в неволе, — Пусть кричат пароходы в ночи, Ну а ты промолчи, промолчи, — Поспешишь — ищи ветра в поле. Слова бегут, им тесно — ну и что же! Их много — слов, но все же если можешь — Скажи, когда не можешь не сказать. Не кричи нежных слов, не кричи, До поры подержи их в неволе, — Пусть кричат пароходы в ночи, Ну а ты промолчи, промолчи, — Поспешишь — ищи ветра в поле. Владимир Высоцкий Сонет 130 Ее глаза на звезды не похожи, Нельзя уста кораллами назвать, Не белоснежна плеч открытых кожа, И черной проволокой вьется прядь. С дамасской розой, алой или белой, Нельзя сравнить оттенок этих щек. А тело пахнет так, как пахнет тело, Не как фиалки нежный лепесток. Ты не найдешь в ней совершенных линий, Особенного света на челе. Не знаю я, как шествуют богини, Но милая ступает по земле. И все ж она уступит тем едва ли, Кого в сравненьях пышных оболгали. Нету другой такой Ни за какой рекой, Нет за туманами, Дальними странами. В инее провода, В сумерках города. Вот и взошла звезда, Чтобы светить всегда, Чтобы гореть в метель, Чтобы стелить постель, Чтобы качать всю ночь У колыбели дочь. Вот поворот какой Делается с рекой. Можешь отнять покой, Можешь махнуть рукой, Можешь отдать долги, Можешь любить других, Можешь совсем уйти, Только свети, свети! Юрий Визбор Старые слова Три слова, будто три огня, Придут к тебе средь бела дня. Придут к тебе порой ночной, Огромные, как шар земной. Как будто парус — кораблю Три слова: «Я тебя люблю». Какие старые слова, А как кружится голова, А как кружится голова… Три слова, вечных, как весна, Такая сила им дана. Три слова, и одна судьба, Одна мечта, одна тропа… И вот однажды, все стерпя, Ты скажешь: «Я люблю тебя». Какие старые слова, А как кружится голова, А как кружится голова… Три слова, будто три зари, Ты их погромче повтори. Они тебе не зря сейчас Понятны стали в первый. Они летят издалека, Сердца пронзая и века. Какие старые слова, А как кружится голова, А как кружится голова… Роберт Рождественский Посвящение Кто-то скажет, что ты некрасивая, кто-то молча плечами пожмет, А я прыгну в глаза твои синие, в опрокинутый их небосвод. И не стану друзей я расспрашивать: с кем была ты, и с кем не была, Лишь бы камень в груди не вынашивать, что не стала моей. Без ладоней прохладно-задумчивых и без пахнущих солнцем волос Кто-то будет в полуночи мучиться, сожалея, что их не унес. Много женщин красивых в России. Но как только Она позовет — Сразу прыгну в глаза ее синие, в опрокинутый их небосвод. Мне бы только смотреть на тебя, Видеть глаз злато-карий омут И, чтоб прошлое не любя, Ты уйти не смогла к другому. Поступь нежная, легкий стан, Если б знала ты сердцем упорным Как умеет любить хулиган, Как умеет он быть покорным. Весною слышен шорох снов И шелест новостей истин. Ты из семьи таких основ. Твой смысл, как воздух, бескорыстен. Легко проснуться и прозреть, Словесный сор из сердца вытрясть И жить, не засоряясь впредь. Все это — не большая хитрость. Борис Пастернак Признание Очарована, околдована, С ветром в поле когда-то обвенчана, Вся ты словно в оковы закована, Драгоценная моя женщина! Не веселая, не печальная, Словно с темного неба сошедшая, Ты и песнь моя обручальная, И звезда моя сумашедшая. Я склонюсь над твоими коленями, Обниму их с неистовой силою, И слезами и стихотвореньями Обожгу тебя, горькую, милую. Отвори мне лицо полуночное, Дай войти в эти очи тяжелые, В эти черные брови восточные, В эти руки твои полуголые. Что прибавится — не убавится, Что не сбудется — позабудется. Отчего же ты плачешь, красавица? Или это мне только чудится? Николай Заболоцкий Я люблю тебя Я люблю тебя больше, чем Море, и Небо, и Пение, Я люблю тебя дольше, чем дней мне дано на земле. Ты одна мне горишь, как звезда в тишине отдаления, Ты корабль, что не тонет ни в снах, ни в волнах, ни во мгле. Я тебя полюбил неожиданно, сразу, нечаянно, Я тебя увидал — как слепой вдруг расширит глаза И, прозрев, поразится, что в мире изваянность спаяна, Что избыточно вниз, в изумруд, излилась бирюза. Книгу раскрыв, ты чуть-чуть шелестела страницами. Я спросил: «Хорошо, что в душе преломляется лед? » Ты блеснула ко мне, вмиг узревшими дали, зеницами. И люблю — и любовь — о любви — для любимой — поет. Константин Бальмонт © «Настоящая любовь». Без разрешения редакции допускается использование на одном сайте не более одного материала. При воспроизведении материала обязательна гиперссылка на Редакция —.


СТОЛ ЗАКАЗОВ: